Как сидят Кокорин и Мамаев: эксклюзивный репортаж из белгородской колонии

05:45
22.07.19
0
318
Читать далее
22 июля 2019, ГТРК "Нижний Новгород" .Долларовые миллионеры переоделись в тюремные робы- Мамаев и Кокорин впервые вышли на футбольное поле в статусе осужденных. Соседями, шконкой, баландой довольны. Как освоились — эксклюзив из белгородской колонии. Об этом сообщает Вести.RU.

Первое появление на тюремном газоне. Футбольная коробка обнесена колючей проволокой, на входе замок. Играют под надзором сотрудников ФСИН.

Изнутри запирают. Но именно поле — единственное место в колонии, где разрешается снять тюремную робу и выйти в обычном спортивном костюме.

Справедливости ради далеко не в каждой российской колонии есть футбольная коробка. В белгородской колонии футбольное поле есть, конкретно на этом футбольном поле ежедневно по полтора часа проводит нападающий Кокорин и полузащитник Мамаев. Спортивные занятия по расписанию колонии с 18:30 до 20:00. Прославленных футболистов, долларовых миллионеров Мамаева и Кокорина, определили в тюремную футбольную команду.

- Звезды, да. Но в футбол играем мы все одинаково.

- Никакого нету пафоса у них, обычные ребята общительные, без всяких московских штучек. Им очень тяжело после СИЗО, они немножко поиграли отдохнули, поиграли, отдохнули. В ритм втянутся — будет все нормально.

Кокорин в неплохой форме, хотя в Бутырке ни разу не прикасался к мячу, всему виной — травма колена и боли, на которые форвард жаловался еще до СИЗО.

- Как колено?

- Колено пока бережем.

- Мы вышли на таких эмоциях, вот у Саши спросите. Остановиться не могли — играли полтора часа вообще без остановки. Да ничего жутковатого не было, — рассказывает Павел Мамаев.

- Это огромное чудо, что оно здесь есть, — добавляет Александр Кокорин. — Мне кажется, оно не во всех колониях находится. Вот мы, мягко говоря, что мы видели. Я был в восторге лично — понятно, что там нет стадиона огромного масштаба, но то, что здесь есть поле такого качества и такой спортивный городок, это, не знаю...

Кокорин по понятным причинам появляется в кепке, Мамаев не комплексует — обоих по местным правилам побрили после этапа.

- В чем золотая молодежь? В чем? – говорит Мамаев. — Мы сейчас по воле судьбы попали в 30 километров от родного города Саши. В чем он золотая молодежь? То, что он сам добился всего, — это можно называть золотая молодежь? В том, что я и Саша, и много других парней заработали деньги? Я считаю, что это не золотая молодежь, я считаю, что это люди, которые заработали деньги. И они их как хотят, так и могут тратить. Они их могут тратить на все, что угодно.

Разговор с директором колонии:

- Они долларовые миллионеры, и вот они оказываются в колонии, что они должны есть? У них есть какой-то особый рацион?

- Особого рациона у них не будет, будут есть то, что положено осужденным.

- Шампанское сюда нельзя?

- Нет, шампанское нельзя. Вообще никакого алкоголя, алкоголь запрещен вообще, даже квас запрещен, потому что там тоже содержится алкоголь. Минералка, соки, воды.

Обед в колонии по расписанию с 12 до 14, сегодня в меню перловый суп с мясом, котлета, макароны, кисель. Кокорина и Мамаева определили в 8-й отряд.

- Вы играли с Кокориным и Мамаевым?

- Да, играл.

- И как они?

- Нормально.

- И кто победил?

- Да мы менялись, по-разному было — и они забивали, и мы забивали.

- Ну а как вообще пацаны? Нормальные?

- Конечно, нормальные. Обычные, как и все. Не на счет играли, а просто.

За формой спортсмены следят.

- Я на воле не ел никогда колбасу, шоколадки. Позволял себе редко. Здесь есть возможность. То есть мы следим за весом, да. Стараемся всегда. Причем будто, не знаю, как модели, — рассказывает Кокорин.

- Мы за весом здесь следим, когда на воле были, так не следили.

Куда вернутся спортсмены, пока неизвестно. У Кокорина контракт с "Зенитом" закончился в этом июне, контракт Мамаева с "Краснодаром" клуб после драки разорвал в одностороннем порядке.

- Если кто-то ждет от нас слез и так далее, этого все равно не будет. То, что на судах говорили, что мы смеемся, еще что-то. Мы не будем плакать, чтобы вся страна радовалась, что вот попали в эту ситуацию, и здесь мы будем также, как были на свободе, старались быть всегда на первых ролях, также и здесь мы будем вносить свой вклад, не знаю, насколько это возможно, в развитие спорта в колонии.

В отряде, куда определили Мамаева и Кокорина, всего 80 человек, в бараке, или как это теперь называется, общежитии для правонарушителей спят 22 человека, двухъярусные койки, смена белья раз в неделю. Мамаева и Кокорина опередили в барак для так называемых благонадежных преступников, это которые не нарушают местный режим.

- Если бы они сказали, что не хотят вместе, надоели друг другу в изоляторе, мы бы их, естественно, по разным отрядам, по разным местам, а так вместе, пожалуйста. Им привычнее будет входить в эту жизнь. Телефон по карточке, Интернета у них здесь нет.

- Договориться нельзя про Интернет?

- А с кем договариваться?

- С вами.

- Нет, со мной нельзя.

В колонии есть библиотека и храм, подъем ровно в 6, отбой — в 22. И у обоих теперь- глубоко философские настроения.

- Мне много что дало пребывание здесь, нахождение в изоляции, скажем так, с первого дня, — делится Мамаев. — На мой взгляд, я стал только сильнее, и сломать меня будет дальше, я считаю, очень тяжело. Не могу сказать, что невозможно. Но очень тяжело. Потому что ту школу, которую прошли мы здесь, каждый из нас, я не думаю, что мы бы смогли ее получить на свободе. Как для мужчины это было — огромный урок и такой как бы путь. У кого-то это, допустим, какая-то болезнь, у кого-то еще какие-то обстоятельства. У нас получилось так. Можно выйти отсюда вообще человеком, который уже будет не человек, понимаете?

- Колония как раз дает понимание о том, что за твое содеянное ты находишься здесь, и ты исправляешься, и у тебя есть понимание, что ты должен делать в СИЗО, — говорит Александр Кокорин. — Вот у меня такого понимания не было. Естественно, какие-то ценности, которые были, ты просто еще больше понимаешь, чем тебе ценна жизнь. Чем ты хочешь заниматься. Как ты скучаешь по родным и близким. Лишний раз уже никуда не пойдешь, уже подумаешь, надо тебе это или нет. Даже в свой выходной.

Мамаев и Кокорин будут работать в  швейном тюремном цеху. 8-часовой рабочий день, 6 раз в неделю. Будут получать зарплату- 11 280 рублей. 9300 на руки — за вычетом налогов. Непривычная для них сумма, особенно после многомиллионных футбольных контрактов. Научиться шить они уже не успеют, поэтому будут просто упаковывать одноразовые костюмы.

- Видите, даже здесь мы зарабатываем деньги, представляете. Пусть народ скажет, за что им платить 11 200, — говорит Мамаев.

- Ну, вы будете шить.

- Ну, пошьем. Ничего страшного.

- Вы умеете шить?

- Научат.

Новости по теме

Комментарии

Возврат к списку